Яндекс.Метрика

ИРКУТСКАЯ РЕГИОНАЛЬНАЯ
ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
ПО СОДЕЙСТВИЮ В СОЗДАНИИ
И ПОДДЕРЖАНИИ МЕМОРИАЛЬНЫХ
КЛАДБИЩ, ИЗУЧЕНИЮ КУЛЬТУРНОГО
НАСЛЕДИЯ


Назад

Витковский Николай Иванович (1844 - 24 сент. 1892), консерватор музея географического общества, археолог. Родился в селе Мокшине Витебской губернии, белорус. Учился в школе органистов (низшая школа при костеле), но курса не окончил, так как втянулся в польское освободительное движение и оказался в рядах повстанцев 1863. Как можно судить из его высказывания, отношение к восстанию у Н.И. Витковского было своеобразным: «Я, – говорил он, – не поляк, а белорус, для меня национальность и в частности польское восстание не имеет никакого значения: но я примкнул к восстанию, как к явлению общечеловеческому». Отряд, в котором он находился, был разбит, а его участники осуждены. По одним сведениям, Витковский сначала был сослан в Кару на каторжные работы, а через несколько лет вышел на поселение в Балаганский округ, с. Олонки, по другим – попал в Олонки сразу же в 1864. Так или иначе, но Олонки стали опорным пунктом в его биографии. Заброшенный сюда без всяких материальных средств, он вынужден был поступить в качестве работника к местному священнику о. Петру Сперанскому и исполнять всю работу по хозяйству. В свободное время Николай Иванович старался что-либо читать, изучал ботанику, немецкий и французский языки и вообще занимался самообразованием. Так прошло около 5 лет, пока о. Петр не был переведен в другое селение. После Олонок Николай Иванович, вновь в качестве работника, проживал в с. Мальтинском, где впервые познакомился с Китойскими стоянками первобытного человека. Наконец, в сентябре 1873 ему удалось вырваться в Иркутск, где он был водовозом, а затем домашним учителем в купеческом доме. М. Овчинников пишет: «Долго пришлось влачить Витковскому свое жалкое существование; долго ему пришлось быть безвестным, но горячая любовь к науке взяла свое. Он, не окончивший курса даже в школе органистов, уже в 1877 г. ботанизирует в окрестностях Иркутска по поручению Восточно-Сибирского отдела географического общества, собирает богатый материал и систематизирует его». В страшный пожар 24 июня 1879 погибает богатейшая библиотека отдела, заключавшая в себе 10 227 книг и музей, имевший 223 300 экземпляров различных этнографических, исторических и археологических предметов, массу архивных дел, свитков и много других ценных предметов. Вскоре Николай Иванович назначается консерватором музея. По постановлению распорядительного комитета, решено было обратиться к покровителю отдела генерал-губернатору Д.Г. Анучину о разрешении открыть подписку на устройство нового здания музея, поскольку собственных средств отдела не хватало. С активной поддержкой генерал-губернатора недостающие средства были собраны. Член ВСОИРГО архитектор Г.В. Розен безвозмездно составил проект нового здания музея и флигеля. А всей хозяйственной частью постройки ведал консерватор музея Николай Иванович Витковский. Еще до официальной закладки здания, которая произошла 26 сентября 1882, он, начиная с 1880, заготавливал строительные материалы и вникал во все строительные вопросы. Благодаря его предприимчивости, здания были возведены за сравнительно короткий срок (один год и два месяца) и не так дорого, как предполагалось по смете: за одну кубическую сажень платили 84 р., тогда как за постройку других каменных зданий в Иркутске в то время брали 100 р. В октябре 1883 оба корпуса были окончены. Возведенные в мавританском стиле фасады отделаны красным кирпичом и отчасти песчаником. На фризе главного корпуса, вверху, как бы на каменных досках, начертаны имена первых исследователей Сибири: Беренга, Стеллера, Гмелина, Палласа, Георги, Миллера, Врангеля, Крашенинникова и Мессершмидта. В целом возрождение музея после пожара в большой степени принадлежит трудам Витковского. Огромная хозяйственная работа не помешала Николаю Ивановичу заниматься научной деятельностью. В 1881 он командируется для исследования в археологическом отношении р. Китоя при впадении его в Ангару с левой стороны. Здесь им было обнаружено 14 костяков совместно с орудиями, относящимися к неолитическому периоду. Здесь нужно привести запись М. Овчиникова: «Николай Иванович говорил, что он археолог случайный, дилетант, но это дилетантство нисколько не умаляет того переворота, какой он совершил во взглядах наших ученых-археологов. До этого времени Восточная Сибирь в археологическом отношении была мало исследована, о ней имелись весьма скудные известия, так что ошибочно установился даже такой взгляд, что в северной Сибири первобытный человек даже не переживал каменного века. <…> Раскопки эти послужили предметом суждения на 5-м Археологическом съезде в Тифлисе, в 1882 г., где на них обратили внимание и европейские ученые, имевшие предубеждение против существования в Сибири каменного периода. Дело в том, что Витковский почти первый открыл таинственное покрывало той эпохи человечества, когда оно не знало металлов, но находилось уже на довольно значительной высоте умственного развития, и доказал присутствие древнего человека около Иркутска со всеми предметами домашней обстановки в обыденной жизни и народившейся уже тогда в центральной Азии культуры». В 1882 Витковскому присуждена Малая золотая медаль за работу «Отчет о раскопке могил каменного века в Иркутской губернии на левом берегу р. Ангары, произведенной летом 1881 г. (с картою и тремя таблицами рисунков)» (Известия ВСОРГО. 1882. Т. 13. № 1–2. С. 1–36). Николаю Ивановичу принадлежит честь открытия неолитических стоянок в районе современного Иркутска. Он первым установил образ жизни здешних аборигенов как звероловов и рыболовов, которые орудия, необходимые для своей деятельности, выделывали из нефрита, который добывали в вершинах рек Китоя, Быстрой и Иркута. Витковский в качестве ботаника вместе с И.Д. Черским исследовал восточное побережье Байкала и бассейн р. Селенги, включая нижние течения рр. Джида и Чикой. Отмечал многочисленные разбросанные по степям погребения. В 1883 по постановлению особой комиссии, назначенной для обсуждения вопроса о постройке при Кузнецовской гражданской больнице отделения для душевнобольных на пожертвованные Базановым и Немчиновым средства, Витковский назначен строителем этого отделения и командирован в Европейскую Россию для ознакомления с устройством больниц подобного типа. Закончив с возведением здания, Николай Иванович занялся обработкой добытого ранее археологического материала. Тем не менее, это не помешало ему вести наблюдение за возведением в 1884 памятника на могиле А.П. Щапова. Помимо службы в музее, Николай Иванович вместе с женой К.И. Витковской содержал типографию, работе в которой приходилось посвящать много времени. М. Овчинников пишет: «Вот каким образом у него распределялся день: с 6 часов до 9 часов он работал в музее, с 9 до 3–4 – в типографии, отдыхал и в 5–6 часов опять в типографии, с 7 до 11–12 в музее». Возможно, сильное нервное напряжение, связанное с таким интенсивным трудом, привели его к нервному срыву, закончившемуся самоубийством. 24 сентября в час ночи, выстрелом из револьвера в висок, он покончил с собой. В некрологе отмечалось: «Эта неожиданная смерть поразила всех, знавших Николая Ивановича. Правда, этот неутомимый труженик за последние годы работал очень усиленно, ход его дел не позволял ему даже урвать неделю-другую в течение лета на любимые им горные экскурсии, влияние возраста и наступающей старости сказывались на этом организме, который принуждался к работе только необыкновенно развитой силой воли, заставлявшей напрягаться его сверх сил. Отсюда та нервность, те припадки меланхолии, которые поражали его ближайших знакомых», хотя он был человеком общительным, имел много друзей и на все хорошие общественные начинания отзывался горячо и вполне сочувственно. Похороны Витковского состоялись 26 сентября по обрядам православной церкви, с разрешения архиепископа Тихона, «так как местные католические духовные лица уклонились от совершения обряда по правилам той церкви, к которой принадлежал покойный». На гроб было положено несколько венков, в том числе от географического общества – с надписью: «Многолетнему неутомимому стражу отдела».
Вероисповедание: неизвестно
Информация по захоронению: Захоронен рядом с могилой М.Я. Писарева.

Источник: Гаращенко А.Н. Иркутский исторический некрополь: Иерусалимское кладбище. Иркутск, 2016. С. 194-197.